библиотека для детей Ларец сказок
То, о чем я собираюсь рассказать вам, дорогие малыши, произошло давным-давно, кто знает, сколько тысяч лет тому назад…
И вообще, все чудеса, о которых я вам рассказывал, тоже происходили в очень стародавние времена.
В изумительной стране Элладе, у подножия высокой горы выбивался замечательный родник. Сколько лет уже прошло, а тот родник и по сей день бьет из-под земли.
…День клонился к закату, солнце сползало за горы и своими последними лучами золотило студеные струи горного родника, когда к нему подошел некий юноша по имени Беллерефон. В руках юноша держал золотую уздечку с вкрапленными в нее сверкающими алмазами. Он увидел у родника седовласого старца, рядом с ним - невысокого крестьянина, а еще одного красивого кудрявого мальчика и юную девушку, которая пришла сюда за водой. Юноша подошел к ним и попросил у девушки напиться.
 - Какая чудесная вода! - сказал он, напившись и возвращая девушке ковш. Девушка ополоснула ковш и снова наполнила его водой.
 - Прелестная девушка, - сказал юноша, - не скажешь ли мне, как зовется этот родник?
 - Скажу, - ответила юная девушка, - это родник Пирены. Я от моей бабушки слыхала, что Пирена, была очень красивой женщиной. Когда ее сына стрелой пронзила охотница Артемида, Пирена так горевала, так скорбела, что вся изошла слезами и тут же на месте превратилась в родник. Потому и вкусна так вода в роднике, что капли его - это слезы скорбящего материнского сердца.
 - Никогда бы не подумал, что такой прозрачный и веселый родник своим рождением обязан слезам. Его журчание так жизнерадостно, и он так ослепителен в лучах солнца!.. Так значит это и есть родник Пирены?.. Милая девушка, я очень благодарен тебе за твой рассказ. Я иду издалека, и искал именно этот родник.
Коренастый крестьянин, который привел сюда на водопой свою корову, все это время пялился на Беллерефона и чудесную уздечку в его руках.
 - Видать, приятель, что в ваших краях горные родники в диковинку, если ты не поленился забраться в такую даль к роднику Пирены…- сказал он юноше. - И что это с тобой приключилось, приятель, ты, наверное, коня потерял? Почему уздечку держишь в руках? И какая она у тебя удивительная, как разукрашена!… Если и конь был ей под стать, очень жаль, что ты его потерял…
 - Я коня не терял, - улыбаясь, сказал юноша, - я еще только собираюсь найти того замечательного коня, который, по словам знающих людей, непременно должен находиться где-то в этих краях… А ты часом не слыхал, приятель, не приходит ли к роднику Пирены крылатый конь Пегас, как он приходил сюда еще в те далекие времена, когда живы еще были прадеды твоих прапрадедов?
В ответ крестьянин весело и громко рассмеялся.
А вы, мои дорогие читатели, слыхали ли вы, что был такой конь по имени Пегас, белый, как снег, с изумительными серебристыми крыльями?.. Обителью его была вершина горы Геликон. Резвый и сильный, стремительный и легкий Пегас взмывал выше туч, и так высоко, куда и орлу не снилось. Не было в мире подобного ему коня. Никто его ни разу не седлал, никто его ни разу не взнуздывал, не подковывал, и он долгие годы жил на вершине горы Геликон в гордом одиночестве, вольный и счастливый…
А как светло и радостно проводил свое время крылатый конь!.. По ночам он мирно спал, распластавшись на открытых горных полянах, а большую часть дня носился в небе в нескончаемом полете. Вот он проносится над головами людей, - высоко, высоко, - и солнце сверкает на его серебристых крыльях… И кажется, это какая-то неведомая большая белая птица потерялась средь туч и ищет дороги к чистым и свободным небесам. Невозможно было оторвать от него глаз, когда он стремительно вонзал свое белоснежное тело в белую вату облаков… Вонзался, исчезал… и спустя мгновение вновь появлялся уже там, по ту сторону высоких облаков… Сгущались и мрачнели тучи, мрак застилал небеса, грохотом неслась над землею буря, а Пегас парил между молний, и раскаленные, жаркие зарницы освещали его своим багряным светом… Угасали зарницы, и Пегас исчезал в густой, непроглядной мгле… Давно уже бытовало поверье, что кому хоть раз посчастливится увидеть эту восхитительную картину, то всю свою последующую жизнь он проведет в высоком и радостном состоянии души.
В погожие летние дни Пегас спускался на земную твердь и, сложив свои серебристые крылья, носился по полям и лугам, по горам и долинам, и все это просто так, ради собственной утехи и удовольствия. Чаще всего его видели у родника Пирены, где он утолял свою ненасытную жажду или попросту валялся в зарослях густой травы. Случалось, что Пегас съедал несколько цветков красной или белой люцерны, выбирая из них самые сладкие. Он был очень привередлив в еде, не всякую траву жаловал.
Сотни лет назад множество людей тянулось к роднику Пирены в надежде хоть раз, хоть краешком глаза увидеть Пегаса. И большинство паломников были молодые люди - юноши, которые более других верили в существование крылатых огнедышащих коней. Но в последние времена Пегас появлялся все реже и реже. Крестьяне ближайшей от родника деревни ни разу в жизни не видели Пегаса, да и не верили, что может быть на свете такой замечательный, такой чудесный конь. И вот коренастый крестьянин, беседовавший с Беллерефоном, был как раз из этих самых неверующих, потому так и развеселился, услышав, что Пегас приходит на водопой к роднику Пирены.
 - Ну и дела! Чего только люди не насочиняют!..- воскликнул он, задрав свой плоский нос, и снова рассмеялся. - Конь Пегас… да к тому же крылатый!.. Приятель, да ты, видать, рассудка лишился… На что коню крылья? Неужели конь с крыльями веселее потянет телегу? Верно, на подковы его хозяину тратиться не придется, ну и что?.. Отопрет он конюшню, чтоб вывести коня, а твой Пегас… фьюить! - и в небесах! И ищи ветра в поле… Или же оседлает его хозяин, чтоб поехать куда, а твой Пегас вместе с ним опять же… фьюить - в небеса, а оттуда своего седока - бряк! на землю - кувырком, вниз головой, вверх тормашками… Нет, нет, братец, не верь, никаких Пегасов не было и нет… Не было на свете летучих коней и никогда не будет!..
 - У меня есть причина думать совсем иначе, - сказал юноша, ничуть не обидевшись, повернулся к старцу, который, опершись на свой посох, внимательно прислушивался к их беседе. Он даже приложил ладонь к уху, чтоб лучше слышать, так как в последние двадцать лет стал туг на ухо.
 - А ты что скажешь, отец? - обратился к нему юноша. - Ты-то в свои молодые годы наверняка встречал крылатого коня.
 - Я, сынок, совсем растерял память. Могу сказать только то, что в молодые годы я верил в крылатого коня. В это верили и все юноши моего времени. А сейчас ничего не осталось в моей голове, да и не до крылатых коней мне сейчас… А чтоб не соврать, мне даже трудно поверить, что встречал я когда-либо Пегаса. Вот только, как сон, на память приходит, что в детские годы здесь у родника Пирены один раз вроде бы заметил я лошадиный след.
Может, это был след Пегаса, а может, и не его, а совсем другой лошади…
 - А ты, красавица,- обратился юноша к девушке, которая стояла рядом с кувшином на плече и прислушивалась к их беседе,- ты наверняка видела Пегаса, ведь у тебя такие шустрые и быстрые глазки!..
 - Мне так кажется, что однажды я, должно быть, его видела,- ответила девушка, улыбаясь и краснея. - Прямо у меня над головой, высоко в небе парило что-то белое. Сказать, что это был Пегас - так нет, сказать, что большая белая птица - тоже нет. А в другой раз я пришла сюда за водой и вдруг услышала конское ржание. Не могу передать, какая радость охватила меня!.. Ржание было такое приятное, такое веселое!.. Но я все-таки испугалась, не знаю отчего, и убежала домой без воды, с пустым кувшином.
 - Жаль,- сказал юноша и повернулся к маленькому мальчику, который смотрел на Беллерефона, широко открыв свой розовый ротик. Малыши всегда так смотрят на незнакомых людей.
 - А ты что скажешь, прелестное дитя? - смеясь, спросил Беллерефон, лаская кудрявую головку малыша. - Ты много раз встречал здесь крылатого коня, не так ли?
 - Да, много раз,- уверенно ответил малыш. - И совсем недавно, прямо вчера… и раньше я всегда видел его.
 - Умница! - воскликнул юноша и привлек к себе малыша. - А теперь расскажи, братец, как ты его видел.
 - А вот как… Пришел я как-то сюда к роднику, чтоб пускать по воде кораблики и собирать цветные камешки. И когда я смотрел на воду, увидел вдруг там, что по небу летит крылатый белый конь. Мне так захотелось, чтоб он спустился вниз, забрал меня с собой и унес на луну!.. Но как я встал и поднял голову, чтоб прямо в небе увидеть коня - его уже там не было, он сразу исчез в облаках. И так всегда…
Беллерефон поверил больше мальчику, который увидел отражение Пегаса в воде, он поверил больше юной девушке, слышавшей веселое ржание коня, и седовласому старцу поверил, но не крестьянину, который признавал существование тягловых и вьючных лошадей, а не коней крылатых.
Несколько дней бродил Беллерефон по окрестностям родника Пирены в поисках следов крылатого коня. Поглядывал попеременно то на небо, то на гладь родника в постоянной надежде увидеть самого Пегаса или хотя бы его отражение в воде. И всегда в его руках была заговоренная уздечка. Окрестные крестьяне, пригоняя свою скотину на водопой, посмеивались над юношей, а иногда и увещевали его, говоря: - 'Ну чего ты зря шатаешься, время попусту тратишь? Не лучше ли делом каким заняться? Коня хочешь купить - покупай, у нас много коней на продажу'. Когда же Беллерефон отказывался от их услуг, они предлагали ему продать уздечку.
Деревенские мальчишки считали его за юродивого и потешались над ним: дергали за полы одежды, гримасничали, обзывали разными обидными кличками. В своих шалостях они дошли до того, что один из них - пятилетний молокосос - начал изображать Пегаса: принялся дрыгаться и брыкаться, ржать по лошадиному, размахивать руками, словно крыльями, а другой мальчик, чуть постарше, подманивал его пучком травы. Все эти издевательства они выдумали для того чтоб раздразнить Беллерефона и разозлить его. Только тот кудрявый розовощекий мальчуган, которого встретил в первый день у родника Беллерефон, только он не следовал их примеру и очень любил его. Он молча усаживался рядом с Беллерефоном, молча вглядывался в воду родника, искренне веря, что он видел там отражение крылатого коня. Его твердая убежденность вселяла в Беллерефона надежду и веру.
Но вы, мои дорогие читатели, возможно спросите меня, почему Беллерефон искал Пегаса, какую цель он преследовал? История эта очень длинная, и я постараюсь рассказать ее вам, пока не появился на нашем горизонте Пегас.
Если рассказать о всех приключениях Беллерефона, начиная с его детства, то для вас это было бы хотя и интересно, но очень долго. Сегодня я поведаю вам только об одном случае из жизни нашего героя.
В той части света, что зовется Азией, обитало в те времена страшное и могучее чудовище по имени Химера, что на нашем языке означает Дракон. Так вот это самое чудище ни на что не было похоже. Никогда еще на свете не было ничего подобного. Три головы было у Химеры: голова льва, голова дикого злого козла и голова змея-дракона. И хотя не было у нее крыльев, но бегала она быстро, как лев, прыгала высоко, как коза, и извивалась, как змея, и потому была быстра, стремительна и ловка, как все эти три зверя вместе взятые.
А сколько горя и бед принесла Химера людям - сказать невозможно. Из трех своих пастей извергала она огонь и сжигала, испепеляла все вокруг: деревни и поля, леса и нивы… И потом пожирала людей и скотину, зверей и птиц. Не было от нее спасения…
Однажды Беллерефон пришел в страну Ликию, где как раз в это время зверствовало чудовище. Царя этой страны, которая граничила с Арменией, звали Иобат. Увидев Беллерефона, Иобат сразу понял, что гость его - бесстрашный человек, и потому велел ему найти и убить Химеру. Никто никогда и не помышлял о таком подвиге, ибо одно упоминание о трехглавом чудовище бросало всех в дрожь. Но надо сказать, что Беллерефон был действительно отважным и храбрым человеком, и жизнь свою он посвятил таким свершениям, которые пошли бы на пользу людям. В те времена свою честь и славу юноши добывали в войнах, в сражениях с врагами отечества, в единоборстве со злыми драконами и зверьми. Узнав наказ царя, Беллерефон призадумался, но потом твердо обещал, что разыщет и убьет чудовище, ибо если он отказался бы, то Химера превратила бы Ликию в пустыню.
Узнав, что трехглавый дракон очень быстр и ловок, Беллерефон понял, что невозможно с таким чудовищем сражаться пешим, что для этого ему нужен смелый и могучий конь, а в этом смысле ни один конь на свете не мог сравниться с Пегасом, который кроме ног имел и крылья, и по небу летал быстрее, чем бегал по земле.
Надо ли говорить, что Беллерефона сразу и со всех сторон начали убеждать, что крылатых коней никогда не было и нет, что все россказни о нем - это пустые бредни и враки…
Но Беллерефон твердо верил, что Пегас не выдумка, что он существует, и рано или поздно достанется ему. И тогда он взнуздает Пегаса и сразится на нем с Химерой.
И вот с этой целью он направился из Ликии в Элладу, где его и одарили той золотой, заговоренной уздечкой. Беллерефону надо было только накинуть эту уздечку на голову Пегаса, и тогда Пегас покорился бы ему, и был бы послушен ему и верен.
Не буду говорить, с каким нетерпеливым волнением ждал храбрый юноша появления Пегаса у родника Пирены… И еще его очень беспокоила мысль, что царь Иобат может подумать, что он струсил и сбежал. И печалился он, представляя, каким опустошениям подвергает страну Ликию мерзкое чудище, в то время как он, вместо того, чтоб сразиться с ним, сидит себе у этого прекрасного родника и смотрит, как сверкают под солнцем его прозрачные струи.
Люди рассказывали, что в последние времена о Пегасе мало что было слышно, и за всю свою жизнь он только раз явил себя человеку. Беллерефон боялся, что в ожидании он состарится, и тогда уже не сможет овладеть крылатым конем, если тот и появится у родника, потому что от старости руки его ослабеют и потеряют былую силу и смелость. Очень трудно ждать и терпеть. Наша жизнь и без того коротка, но сколько времени мы проводим зря в этом терпеливом ожидании…
На счастье Беллерефона кудрявый мальчуган так привязался к нему, что ни на шаг не отходил. Каждое утро он весело приветствовал Беллерефона:
 - Беллерефон! Очень возможно, что сегодня мы увидим Пегаса!
И именно это 'очень возможно' так обнадеживало Беллерефона. Не будь этой надежды, он уже давно возвратился бы в Ликию и сразился бы с грозной Химерой без помощи крылатого коня. А тут и говорить не приходится, что чудище одним дыханием спалило бы его и сожрало…
Однажды утром кудрявый мальчуган заговорил о Пегасе с большей, чем когда-либо уверенностью.
 - Не знаю почему, - воскликнул он, подпрыгивая от радостного возбуждения, - не знаю почему, но мне так кажется, что сегодня мы обязательно увидим Пегаса!
Весь этот день мальчик провел с Беллерефоном: они вместе позавтракали, вместе напились из родника, а после полудня уселись в тени под деревьями. Беллерефон, положив руку на плечо своего маленького друга, смотрел на склонившиеся над водой древние деревья и свисающие с их ветвей гроздья дикого винограда и думал свою думу. А малыш неотрывно вглядывался в воду и грустил, потому что ему было очень жаль Беллерефона. И вдруг он не выдержал, всхлипнул и заплакал. И несколько его слезинок, скатившись со щек, упали в родник и смешались со слезами Пирены.
Вдруг Беллерефон почувствовал, как вздрогнул малыш, и он услышал его шепот:
 - Беллерефон… Беллерефон, посмотри скорее в воду!..
Беллерефон быстро наклонился, глянул на чистую, как зеркало гладь воды, и ему показалось, что он видит там отражение какой-то огромной белой птицы: летит она высоко, очень высоко, и солнце сверкает на ее серебристых крыльях.
 - Какая изумительная птица! - воскликнул он. - И знаешь, малыш, она должно быть не очень высоко… она под облаками…
 - Меня всего трясет, - пролепетал малыш. - Боюсь глянуть вверх… Как чудесно! Неужели ты не видишь, Беллерефон, что это не птица, а крылатый конь, что это сам Пегас?!.
Дрогнуло сердце Беллерефона. Он посмотрел вверх, но не сумел разглядеть, что же там парило - птица или конь, так как это нечто скрылось, исчезло в сгустившихся белых облаках, но спустя мгновение оно вновь появилось, резко и круто спускаясь к земле. Беллерефон сразу схватил малыша и укрылся с ним в густых зарослях кустарника, который словно изгородью обрамлял родник. Не Пегаса он боялся, а только того, что конь сам их заметит и тут же снова унесется в небеса. Долго ждал его Беллерефон, и вот, наконец, он прилетел сюда к роднику Пирены…
Небесный конь спускался все ниже и ниже, ссужая круги своего полета, легко и бесшумно, как белая пушинка. Он опустил свои ноги на песок так мягко и неслышно, что ни одна былинка не шевельнулась… Чудесный крылатый конь наклонил свою величественную голову к воде и принялся пить. Он втягивал в себя прозрачную студеную воду, радостно ржал и тряс гривой. Потом замирал на мгновение и снова продолжал свое восхитительное занятие. Напившись, крылатый конь оборвал губами несколько ароматных цветков и сжевал их, но пастись не стал. Пасся он только на вершине горы Геликон, ее душистыми горными травами.
И вот, утолив свою жажду, он принялся резвиться средь высоких луговых трав, как расшалившийся ребенок. Носился взад и вперед, брыкался задними ногами, весело всхрапывал, взлетал невысоко над землей, снова опускался вниз, и снова носился по густой, зеленой траве. Беллерефон крепко держал малыша за руку и смотрел из кустарника на эту картину, прекраснее которой он в жизни не видел. Стройные и длинные ноги Пегаса, его пышный хвост, гордо поставленная голова с белоснежной гривой!.. А таких умных и горящих глаз ни у одного коня на свете не было… И Беллерефону показалось кощунством набросить узду на такого свободного коня, и тем более оседлать и сжать его между коленями…
Раза два Пегас замирал на месте, останавливался неожиданно, настораживал уши, втягивал ноздрями воздух, водил головой по сторонам, словно чувствуя присутствие затаившихся людей. Но ничего, не увидев и не учуяв, снова продолжал свои веселые игры.
Но вот, притомившись, он сложил свои крылья и прилег на мягкую траву. Однако, будучи дитем свободной и буйной природы, он не мог долго оставаться в бездействии: перевернулся на спину и, задрав ноги, заскользил вниз по склону. Сам - крылатый, один-одинешенек на всем белом свете с незапамятных времен, никогда не имевший себе товарищей - сейчас он резвился, как самое счастливое из всех божьих созданий… Беллерефон и мальчик не могли оторвать глаз от Пегаса. В восторге, они затаили дыхание, опасаясь, что малейший шорох может вспугнуть Пегаса, и он стрелой и безвозвратно унесется в небо… Но наконец Пегас перестал кувыркаться, и как обыкновенная лошадь вытянул вперед передние ноги, чтобы встать. Беллерефон сразу понял, что встав на ноги, конь тут же унесется в небеса. В одно мгновение он выпрыгнул из кустов и ловко вскочил на спину коня.
Да, да, он все-таки вскочил, он сел на крылатого коня!..
Надо было увидеть, как подскочил Пегас, впервые в жизни ощутивший на своей спине тяжесть земного человека! Я сказал - подскочил, но не думайте, что это был какой-то обыкновенный прыжок. Беллерефон и глазом моргнуть не успел, как уже стрелой летел на Пегасе высоко над землей. Крылатый конь хрипел под ним и трепетал от ярости и страха! Они поднимались все выше и выше, пока не достигли холодных облаков, на которые несколько минут назад с восхищением смотрел с земли Беллерефон. С этой высоты крылатый конь ринулся вниз, чтоб низвергнуть с себя седока, разбить его об скалы! Но этого не случилось. Беллерефон сидел на нем, как влитой, и сбросить себя не давал. И что тут начал выделывать разъяренный крылатый конь!.. Просовывал голову между передними ногами, складывал крылья и начинал кувыркаться, как обезьяна. Потом переворачивался на спину и, задрав ноги вверх, трясся всем телом, или же притянув голову к хвосту и сложившись вдвое, принимался колесом вертеться вокруг себя… Наконец, после других усилий поняв, что он не в силах сбросить с себя Беллерефона крылатый конь повернул к нему свою морду с яростно горящими красными глазами, чтоб укусить его. Пегас так яростно махал крыльями, что с них сорвалось одно серебристое перо и упало прямо туда, где стоял кудрявый малыш. Он тут же поднял перо и спрятал его на груди, как память о Беллерефоне и Пегасе.
Когда Пегас, как мы говорили, повернул морду, чтоб укусить седока, Беллерефон воспользовался этим и мгновенно засунул удила заговоренной уздечки в раскрытую пасть коня. И, о чудо! Пегас сразу утихомирился и превратился в покорного и смирного коня… Честно говоря, мне было бы очень обидно и больно при виде покорившегося человеку такого вольного и свободолюбивого коня, как Пегас… Этот неожиданный переход от свободы в рабство был небезразличен для Пегаса. В его умных глазах, устремленных на Беллерефона, появилось что-то похожее на слезы. Но когда юноша начал ласково поглаживать его голову и произнес несколько теплых слов, хотя и тоном хозяина, крылатый конь издал радостное ржание. Он словно пришел в удовлетворение от своего нового состояния, когда после долгих веков одиночества приобрел, наконец, товарища и повелителя. Видимо, так определена судьба крылатых коней и вообще всех диких животных: достаточно однажды покорить их, и они станут, послушны и верны тебе.
В единоборстве друг с другом Пегас с Беллерефоном незаметно унеслись далеко от места их встречи, и находились теперь у какой-то высокой горы. Беллерефон и раньше видел эту гору, знал, что зовется она Геликон, знал он также, что обычно Пегас пасется на вершине этой горы. Но, став прирученным, крылатый конь теперь был лишен собственной воли, он уже не осмеливался лететь, куда вздумается, и все время оглядывался на хозяина, ожидая его приказаний. Наконец, он полетел вниз и плавно опустился на землю. Беллерефон соскочил с него, но уздечки из рук не выпустил. Пегас неотрывно смотрел на своего нового хозяина, в его красивых, выразительных глазах было столько смирения и покорности, что это сводило Беллерефона с ума. Ему стало жаль плененного им Пегаса, который всегда был свободным конем, и он решил отпустить его на волю. Воодушевленный чувством собственного великодушия, он снял с его шеи уздечку и вытащил из пасти удила.
 - Лети, Пегас, - сказал он. - Не хочу тебя неволить, если сам я тебе не нравлюсь…
Крылатый конь в мгновение ока взмыл выше вершины Геликона. Солнце уже зашло за горы: внизу, на земле было темно, а на вершинах гор пламенел закат. Пегас взлетел выше туч и словно трепетал в багрово-ярких волнах последних солнечных лучей. Взмывая все выше, он снизу казался ослепительно белой точкой, и, наконец, полностью растворился в бездонных глубинах небес. Беллерефона охватила тревога: а вдруг крылатый конь никогда больше не вернется!.. Он начал уже жалеть о содеянном, как вдруг увидел, что сверкающая точка вновь появилась на небосклоне и начала медленно спускаться вниз, и наконец Пегас мягко опустился на землю перед своим хозяином. После этого испытания уже не стоило опасаться, что крылатый конь когда-либо убежит от него. Они подружились и уже верили друг другу без всяких сомнений и колебаний.
В этот день новые друзья устроились на ночлег в расщелине скалы. Беллерефон всю ночь не отводил своей руки с шеи Пегаса, но не из опасения, что он исчезнет, а от большой любви к нему. Утром на рассвете они проснулись и поздоровались друг с другом - каждый на своем языке.
Несколько дней пробыл Беллерефон на Геликоне вместе с Пегасом. За это время они еще больше сблизились и сдружились. Часто совершали воздушные прогулки, и иногда поднимались так высоко, что земля им казалась величиной с горошину. Они побывали и во многих разных странах, и везде, где их видели, думали, что прекрасный юноша на крылатом коне - это посланец с Олимпа.
Для Пегаса не составляло никакого труда за день побывать в тысячах разных мест. Беллерефон же был в восторге от такого образа жизни: он с радостью проводил бы все время под небесами, где всегда, какая бы ни была на земле погода, было ясно и тепло. Но он не мог забыть обещания, данного им царю Иобату убить чудовище Химеру. И когда он свыкся с головокружительными полетами, когда научился обращаться с Пегасом так, что тот понимал малейшее движение его руки и еле слышный шепот его слов, тогда Беллерефон решился, наконец, совершить задуманный подвиг.
И вот однажды утром Беллерефон легонько ущипнул Пегаса, желая разбудить его. В ответ на это Пегас вскочил на ноги, молнией взвился в высь, в мгновение ока облетел вершину Геликона, чтоб показать хозяину, что он бодр, свеж и весь готов к его услугам. И тут же с веселым ржанием спустился вниз - легкий и невесомый.
 - Прекрасно, мой милый Пегас, прекрасно! - воскликнул Беллерефон, лаская гибкую спину крылатого коня. - А теперь, мне кажется, настало время нам с тобой заняться делом. Сегодня же отправимся на поиски этого чудовища Химеры!..
И пока Беллерефон пристегивал к поясу меч и готовил свои боевые доспехи, Пегас нетерпеливо бил ногами, грыз удила, взбрыкивался и радостно ржал.
Когда все было готово, Беллерефон вскочил на коня, взмыл на нем выше туч, чтоб оттуда хорошенько оглядеться по сторонам, выбрал направление и послал коня вперед. Они неслись, как буря, и в то же утро увидели высокие горы Ликии и ее глубокие ущелья, которые еле проглядывались сквозь застилавший их густой туман. Беллерефон знал, что в одном из этих мрачных ущелий и устроила свое лежбище Химера.
Крылатый конь начал медленно спускаться вниз, скрываясь за редкими облаками, благодаря чему наши путешественники оказывались с земли невидимыми. Беллерефон смог ясно разглядеть горную часть Ликии и ее темные долины. Сперва он ничего особенного не заметил: под ним простирались сухие каменистые пустоши и обвалившиеся скалы. Но дальше за ними черными пятнами выделялись сожженные поселения и белые холмы костей, - остатки пасущихся здесь некогда стад.
'Все это дело рук Химеры, - подумал Беллерефон. - Но где она сама затаилась?'
Он стал пристальнее вглядываться в темные ущелья и леса, в расщелины скал, но куда бы не кинул взгляд - повсюду была мертвая, выжженная пустыня, только из одной пещеры вырывались три струи черного дыма и, извиваясь змеями, тянулись вверх и свертывались в один большой клубящийся столб. Пещера находилась далеко внизу, под ними. Густой и смрадный дым уже касался ноздрей Беллерефона и Пегаса. Пегас от отвращения фыркал и мотал головой: этому детищу небес, который привык вдыхать лишь чистейший воздух горных вершин, запах гари был невыносим. И Беллерефон чихал и задыхался от этого смрада. Разъяренный Пегас гневно взмахнул крыльями и унесся за тысячу верст от этого зловонного места.
Но Беллерефон взглянул назад и вдруг увидел такое, что тут же натянул поводья и повернул коня обратно. Пегас сразу понял хозяина и начал медленно спускаться вниз, пока не приблизился к пещере, откуда вырывался дым.
Какую же странную картину увидел там Беллерефон!.. В пещере валялась какая-то бесформенная туша, на которой лежали три головы: голова огромного льва, голова отвратительного дикого козла и голова змеи. Лев и козёл спали, а змий - нет: его красные, пылающие глаза были устремлены на Беллерефона. А черный дым продолжал вырываться из их ноздрей. Беллерефон сразу понял, что перед ним сама Химера. Лев, змея и козел - три части одного целого!..
Полусонный дракон не выпускал из своих когтей кровавые останки своей свежей жертвы, но был ли то ягненок, или… я хотел сказать - человеческое дитя… кто знает, может, так оно и было, хотя подобная мысль приводит нас в ужас… Как видно, чудовище только что завершило свою трапезу.
Беллерефон, наконец, очнулся и осмыслил виденное. Пегас тоже понял все это и разразился таким оглушительным ржанием, что содрогнулись земля и горы. Вскинулись и спящие головы Химеры, и из трех пастей вырвалось пламя. Беллерефон еще не был готов к битве, как чудовище выскочило из своего логова и, выпустив огромные когти своих лап, ринулось прямо на храброго юношу. Не будь Пегас быстрым, как птица, чудовище своим неожиданным нападением тут же проглотило бы обоих, и на том и закончилась бы битва. Но невозможно было застать врасплох крылатого коня.
В мгновение ока Пегас со своим всадником был уже высоко в небе. Хрипел от ярости Пегас и дрожал всем своим телом: не от страха, конечно, а от омерзения.
Ярость дракона тоже не знала границ. Вытянувшись во всю длину и опираясь на свой змеиный хвост, он размахивал в воздухе когтистыми лапами и, втягивая в себя три свои головы, исторгал вверх потоки пламени, чтоб испепелить Пегаса и его всадника. Как он рычал, как шипел и бесновался!.. Меж тем, Беллерефон взял в левую руку щит и вытащил из ножен меч.
 - Ну, Пегас, вперед! - шепнул он на ухо коня. - Не подведи меня, помоги уничтожить эту гадину. Если ж я ее не одолею - улетай и не оглядывайся.
Пегас заржал и, повернув голову, коснулся щеки Беллерефона своими розовыми ноздрями. Этим он хотел сказать, что хотя у него есть крылья и до сих пор он был бессмертен, но, тем не менее, предпочитает погибнуть сам, чем дать Беллерефону попасться в лапы чудища.
 - Спасибо, дружище, - сказал Беллерефон, прекрасно понимающий бессловесную речь своего друга. - А теперь сразимся с драконом… Вперед!..
С этими словами он тронул поводья, и Пегас бурей ринулся вниз прямо на трехглавую Химеру, которая сама тянулась к ним, извиваясь всем своим мерзким туловищем. Подлетев к ней, Беллерефон только один раз успел взмахнуть мечом, так быстро унес его Пегас обратно в небо, и он не понял, удачен, оказался его удар или нет.
Пегас, покружив в небе, снова повторил свое нападение. И только сейчас Беллерефон увидел, что первым ударом меча он отсек козлиную голову чудовища, которая теперь беспомощно свисала с его шеи.
Наверное, потому и удвоилась ярость двух оставшихся голов, - львиной и змеиной, - и они жаждали отомстить за свою третью голову. Их громоподобный рев и шипение оглушали человеческое ухо.
 - Не бойся, Пегас! - закричал Беллерефон. - Еще один удар - и мы отсечем вторую голову!.. Вперед, дружище, и - смелей!
Он снова послал вперед коня, и снова бурей ринулся вниз крылатый конь, и Беллерефон изо всех сил нанес удар по двум оставшимся головам. Но на сей раз и ему это даром не прошло: дракон своими когтями оцарапал левое крыло Пегаса и глубоко поранил плечо Беллерефона. Беллерефон же тоже в долгу не остался: он отсек львиную голову чудища, которая, беззвучно раззевая пасть, уже беспомощно свисала рядом с козлиной головой.
Теперь совсем разъярилась оставшаяся в одиночестве змеиная голова дракона. Теперь она изрыгала из пасти ураганы огня, сжигая и испепеляя все далеко вокруг себя. И ее отчаянный рев достиг такой высоты, что ее услышал царь Иобат в своем далеком дворце и от страха так задрожал, что трон под ним начал шататься и трещать.
 - Горе нам! - завопил он. - Это голос Химеры!.. Она приближается!.. Она погубит нас!..
А в это время Пегас, поднявшись к тучам, ржал от злости, и его глаза метали молнии.
 - Ты ранен, Пегас? - воскликнул Беллерефон, увидев кровь на серебристом крыле любимого коня. - Ну, ладно ж! Он поплатится за это своей последней головой!..
Пегас только этого и ждал. В одно мгновение он раз вернулся и стрелой понесся вниз. Багровая от ярости Химера извивалась и скрючивалась на окровавленном песке, тянулась вверх, скрежеща зубастой пастью. А пасть этой мерзкой твари была такой огромной, что Пегас, не складывая крыльев, вместе со своим всадником мог бы спокойно пролететь сквозь нее прямо в ее ненасытное бездонное брюхо.
Когда увидела Химера, что враг ее снова летит на нее, начала она реветь и исторгать огненные реки, жар которых опалил белые крылья Пегаса и золотистые кудри Беллерефона. И это было только начало.
Сначала Химера подпустила их поближе, а затем неожиданным прыжком бросилась на Пегаса, упала на него всей своей тяжестью и обвила его своим мерзким змеиным хвостом.
С этой страшной ношей конь и всадник взмыли к небесам. Под ними уже сверкали горные вершины, плыли белые облака, а они летели все выше и выше. Дракон крепко вцепился в Пегаса и все глубже впивался когтями в его истерзанное тело. И тут Беллерефон обернулся и, прикрыв щитом грудь и лицо, в упор посмотрел в глаза Химеры. А Химера не выносила человеческого взгляда. Она закрыла глаза и протянула вперед свои когтистые лапы, чтобы поверх щита схватить Беллерефона за голову, но тем самым обнажила свою грудь, и Беллерефон тут же вонзил в нее свой меч. Получив этот смертельный удар, Химера тут же разжала свои змеиные объятия и, оторвавшись от коня, полетела вниз и рухнула на скалы. Из ее чрева вырвалось пламя, и Химера вспыхнула ослепительным костром…
В тот день многие люди видели, как с неба падает огненный шар с длинным хвостом. Люди испугались, подумав, что это какое-то небесное знамение или хвостатая звезда, но на следующий день крестьяне с ужасом увидели, что их поля покрыты густым, черным пеплом, а в середине поля огромная куча белых обугленных костей.
С этого дня никто не видел Химеру.
Одержав эту замечательную победу, Беллерефон нежно обнял Пегаса и поцеловал его в лоб.
 - Летим! - сказал он. - Летим к твоему любимому роднику Пирены? Я благодарен тебе за этот подвиг.
Пегас воспарил в небо, и через короткое время они были уже у родника Пирены. Здесь все было по-прежнему: задумчиво стоял седовласый старец, коренастый крестьянин поил свою корову, и молоденькая девушка пришла по воду с кувшином на плече.
 - Теперь припоминаю, - сказал старец, глядя на Пегаса. - Этого крылатого коня я видел один раз… в детстве. Но тогда он был в тысячу раз красивее, чем сейчас…
 - Я бы трех таких коней не обменял на одну корову, - сказал крестьянин. - Если бы этот крылатый конь был моим, в первую очередь я с корнем вырвал бы его крылья.
А молоденькая девушка ничего не сказал: она всегда и всего беспричинно пугалась, и теперь, увидев Пегаса, повернулась и побежала домой. По дороге споткнулась, кувшин упал на землю и разбился.
 - А где же наш кудрявый малыш? - спросил Беллерефон, подходя к крестьянам. - Он был мне хорошим другом, он верил, что Пегас появится…
 - Я здесь, - послышался голос мальчика, и он вышел к ним из-за кустов.
Этот добрый малыш все свои дни проводил у родника Пирены в ожидании своего друга, но, увидев Беллерефона на Пегасе, спрятался в кусты, чтоб крестьянин и старец не увидели слез его радости.
 - Ты победил! - закричал он, подбегая к Беллерефону. - Я знал, что ты обязательно победишь!..
 - Да, малыш, я победил Химеру, - ответил Беллерефон. - Но не будь твоей веры, я не дождался бы Пегаса, не взлетел бы в небеса, не одолел бы Химеру… Всем этим я обязан только тебе… А теперь отпустим Пегаса на свободу, вернем ему его волю…
С этими словами Беллерефон снял с головы Пегаса заговоренную уздечку.
 - Лети, мой Пегас, - сказал он печальным голосом. - Отныне ты свободен. Отныне и во веки веков…
Сереброкрылый конь положил свою голову на плечо хозяина и не сдвинулся с места.
 - Ты не хочешь покинуть меня? - спросил Беллерефон, лаская его шею. - Тогда оставайся… сколько сам захочешь… А теперь полетим к царю Иобату с радостной вестью: нет более на свете страшного чудовища Химеры!..
Беллерефон расцеловал кудрявого малыша, пообещал скоро вернуться и улетел в глубокое небо на своем белоснежном коне…
…Прошло много-много лет… Маленький мальчик вырос и стал летать выше облаков, выше, чем Беллерефон на Пегасе, и своими победами достиг большей славы, чем сам победитель дракона…
Этот маленький мальчик стал великим поэтом.


Вот и сказке Победитель дракона конец, читай снова наш Ларец . Оценка: 5 1

Отзывы

Читать также Ассирийские сказки: Болотный кулик и охотник
Больной олень
Былинка, блоха и ком земли
Весы
Водяная мельница без воды
Читать также Афганские сказки: Бережливость ли это?
Бык, осeл и петух
Великий шакал
Волк - ябедник
Вольная птица воробей и домашняя птица курица
понравилась сказка?
1 5 Вверх